Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

Thai-cat

О переменах

Технически пост, который будет висеть сверху.
Это уютненькая человека с ружьем и тайскими котами.
Свой старый ник в жж man_with_rem870 поменял на более короткий, емкий и удобный для произношения thai_cat
Этот журнал полон любви и обожания к:
1) котам, в особенности, к тайским, абиссинским, ориентальным и сфинксам,
2) ружью Remington 870,
3) пистолетам Glock 17, 1911 и CZ-75 старых выпусков
4) винтовке AR-15
5) городам Вене и Иерусалиму, да вообще и государствам Австрия и Израиль
6) небу, самолетам и полетам на самолетах в небе

В этом журнале вы не найдете:
1) толерантности
2) общечеловеческих ценностей

Периодически в этом журнале бывают тонкие и ироничные посты в адрес:
1) города Москвы
2) Почты России
3) РЖД.

Ну и традиционно, в этом посте можно задать какой-нибудь вопрос.
Thai-cat

(no subject)

Вчера не вытерпел и поставил быстренько пришедший наконец прицел.
Прицел BW 2.5-10х42,

Снаружи видно, что прицел не стоял в сейфе, а активно использовался, по словам бывшего владельца, в командировках на юг.
Стекла чистые, без царапин. Ну и кольца уже притертые, как бонус.
Сетка заточена на .308.

В общем-то с балансом все хорошо, но вот насчет колец пока что не пойму - точно не высокие, шею не тяну, но в принципе, есть куда прицел опустить (правда, придется учитывать место для рукоятки).

Отстрел откладывается до окончания каникул - вчера в ЛРО аншлаг был безнадежный. Буду пока магазины подгонять.
Thai-cat

Книжное

После посещения Венеции заинтересовался этим городом.
И как обычно, лично мне не интересно, кто, когда и как правил.
А вот как жили, в чем жили, во что одевались, сколько стоил хлеб - вот это мне интересно.

Сейчас читаю "Повседневная жизнь Венеции во времена Гольдони"  Франсуазы Декруазетт.

В одной неаполитанской сказке начала XVII в.[2] принц в поисках идеала женской красоты отправляется в долгий и опасный путь, ведущий его сначала к «зеркалу Италии, дворцу добродетельных людей, великой книге чудес искусства и природы», где он получает дозволение следовать дальше в Левант. И зеркало, и дворец, и великая книга чудес — это все Венеция. Спустя два века Ипполит Тэн, удобно устроившись в гондоле и вдыхая «влажный» воздух, разлитый над каналами, взирает на «кружево колоннад, балконов и окон»[3] и восхищенно восклицает: «Воистину, это жемчужина Италии!» Однако уже в 1837 г. для Бальзака Венеция была всего лишь «жалким обшарпанным городом, который с каждым часом неустанно погружается в могилу», городом, где неумолимая вода, словно предвещая скорую его гибель, развешивает на цоколях домов печальную «траурную бахрому»[4]. А в конце XIX в. бескомпромиссный Золя и вовсе не видит никаких перспектив для возрождения «города-безделушки», где нет ни осени, ни весны, ни улиц, ни птиц, а посему его пора помещать под «стеклянный колпак»[5].

В XVIII в. блистающая роскошью и медленно погружающаяся в воды лагуны Венеция, по мнению одних, замерла в ожидании собственной гибели, а по мнению других, напротив, по-прежнему была полна жизни, музыки и удовольствий и радовала своими шумными празднествами. Противоречивый город постоянно является объектом восторгов и вопросов, зачастую совершенно противоположных. О венецианских противоречиях написано немало. Однако, возможно, те, кто писал о них, слишком часто стремились связать их с неожиданным падением Республики — роспуском 12 мая 1797 г. Большого совета, олицетворявшего десять веков ее славной истории; негативно оценивая это событие, они считали его признаком конца, наступления которого следует ожидать в обозримом будущем. Но, скорее всего, Венеция, Владычица, Светлейшая, повелительница средиземноморской торговли, была все та же. И следовало говорить не столько об «упадке» или об объявленной смерти, сколько о переменах, начавшихся, впрочем, задолго до XVIII столетия. В Венеции всегда чутко относились к любым новшествам, к любым переменам, происходившим за пределами Республики. Недавние работы, написанные по результатам архивных поисков и системного анализа документов из многочисленных канцелярий Венеции, показали это достаточно ясно. Статьи, опубликованные в сборнике «Storia della cultura veneta»{1}, исследования по социальной и политической истории Гаэтано Коцци и его коллег, работы Джанни Беллавитиса и Эннио Кончина о городских структурах и их трансформациях, исследование Манлио Брузатин о Венецианской области, труды Пьеро Дель Негро, Джорджио Бузетто, Фолькера Хунеке о политической, экономической и общественной жизни аристократических семейств, об их отношении к браку, книга Матильды Гамбьер о женщинах, а также исследования парижской группы под руководством Алессандро Фонтана, посвященные последним дням Венецианской республики, и анализ депеш, отправленных венецианскими посланниками из Парижа, позволили нам уточнить, пополнить, а в некоторых случаях и изменить наши представления о противоречивом XVIII столетии. Перечисленные выше труды — лишь небольшая часть работ, которые будут упоминаться на этих страницах. В свете этих исследований перед нами предстает город, легко сводящий счеты с прошлым и жадно стремящийся ко всему новому, динамично развивающийся, но постоянно сталкивающийся с проблемой выбора между необходимостью перемен и глубоко укоренившимся доверием к своим многовековым институтам. Поэтому, на наш взгляд, будет весьма полезно обобщить полученные данные. Осталось только решить, как это сделать.

Венеция и Гольдони. Их неразрывное единство очевидно. «Я родился в Венеции, в 1707 году, в красивом большом доме, расположенном между мостами Номболи и Донна Онеста, на углу улицы Ка Чентанни, в приходе церкви Сан-Тома»[6]. Этими строками, взятыми из введения к «Мемуарам», написанным между 1784 и 1787 г. по-французски в Париже, Карло Гольдони скрепил для своих будущих читателей узы, связывающие его с Венецией, став для многих не просто уроженцем этого города, но Венецианцем с большой буквы. Гольдони ходил по улицам Венеции, по ее мостам и папертям не только как любознательный турист, но и как творец, сочиняющий интригу и отыскивающий прототипов своих персонажей. Он сам пишет о том, как всегда любил подмечать забавные подробности из жизни своих соотечественников, различные стороны их поведения, их промахи и проявления страстей, с которыми ему доводилось сталкиваться где-нибудь на calle (улице) или campo (площади). Увидев достойное его внимания зрелище, он тотчас — в форме диалога или сценки — записывал на клочках бумаги свои наблюдения, прибегая, таким образом, к своего рода автоматическому письму, этой своеобразной форме выражения симбиоза человека и города.

В целом, книга, скорее не о повседневной жизни, а об экономике города, но есть добольно большая часть, рассказывающая о социальном устройстве, домах, истории районов города.

Общая оценка - 2 из 3.

Будет также интересна и авторам романов про попаданцев. А то более-менее реалистичная бытовуха попалась только у Мартьянова.
Thai-cat

Еще ненависти псот

Иордания. Вечер. Едем в гостиницу.
Навстречу проносятся 3 машины.
Водитель говорит:
- Король наш проехал.
Я:
- А дорогу перекрыть?
Водитель:
- А зачем?

Недалеко от нашего отеля находится правительственный конгресс-холл, так в этот вечер там собрание правительства было.
Рядом шоссе Мертвого моря. Обычные машины, бедуинские пикапы, туристические автобусы туда-сюда ездят.
Из конгресс-холла выходит народ в автобусы и легковушки садится, много в военной форме, многие в расстегнутых пиджаках оттопыривающихся, некоторые и с м4, стоят джипы с М60.

Правительство народу помех не создает.
Thai-cat

(no subject)

Все-таки нитереснейшее место Мертвое море.
Вода настолько солена, что ощущается по-другому и все навыки плавания надо адаптировать.
Действительно лежишь на оверхности и не тонешь.
народ массово фоткается с книжками и журналами лежа в воде, потом, небось в фейсбуки и однокласснеги вывесят.

Опубликовано с мобильного портала mts.ljmob.ru
Thai-cat

Очередная травля души

Ну вот сколько раз зарекался не делать этого. Но это сильнее меня, ибо слаб...

Вот только позавчера, будучи проездом в славном городе Инсбруке, озаботился культурным досугом, дабы отдохнуть душой и отправился на поиски трактира с нумерами для благородных местного оружейного магазина.
Найдя оный в паре кварталов от "Золотой крыши" подождал 10 минут до окончания перерыва и был любезно приглашен герром продавцом войти внутрь.
Вначале осмотрел всякую шумово-газовую шушеру, попутно обратив внимание, что есть и вариантец, копирующий Глок 26 (причем и с закрепленным на рамке стволом и глоковским же УСМ, в отличие от убожества, которое в проекте у Atak Arms), правда совершенно безобразного качества отделки.

Нужных мне кобур, к сожалению не было, т.к. магазин торгует в основном по франкониевскому каталогу. Одежда охотничья всяческая в тирольском стиле ну и просто классическая. Вот 5.11 жаль, что не было.

Ну а потом я увидел витрину с комиссионными пистолетами и револьверами (к слову сказать, были еще 3 витрины в охотничьими винтовками, но до них я так и не дошел).
Пообщавшись с герром продавцом и предъявив ему российские разрешения на дробовик и оружие самообороны получил возможность подержать в руках часть содержимого витрины.

Итак, что у нас комиссионного было:
ЧЗ-75  2000 г.в, судя по номеру. Настрел 50 выстрелов. Черная матовая отделка (типа тефлонового покрытия, делало такую ЧЗ как раз в это времяю В руке лежит... ах как она лежит в руке. Это вам не прости г-ди 92я Беретта или "Викинг" какой. - 350 евро
Colt Commander калибра 9 Para пр-ва Сolt (!) , правда в худшем состоянии (локально ржавчина на затворе - но, блин, я бы это очистил, а прошлому хозяину луч поноса) - 250 евро. Ох, как я его долго из рук не выпускал, благо герр продавец очень понимал, почему.
Револьверты Colt detective special и S&W 60я модель - лапочки просто. По 250-270.
Ну и еще Вальтер 88 был, Хеклеров несколько штук, револьверы с R-рамкой, но они мне малоинтересны, так что большую часть времени я уделил 75й и Коммандеру.
Рассказал продавцу про наши реалии и резинострелы (особенно про конструкцию и про цены на них) - ответ был характерный и матерный.

Правда, вот что плохо, в Австрии довольно сложно получить разрешение на EDC, проще получить на хранение и транспортировку в тир, но и это хоть что-то. Да и с тирами там проще. Да и вообще страна, в отличие от многих европейских менее пока поражена политкорректностью и  прочей заразой.